На следующий день небо над Ледяным загоном окончательно побелело, сливаясь со снежной пустыней. Воздух сделался плотным, колючим, предвещая скорую бурю. Большинство жителей попрятались в свои норы, но Эрик не мог сидеть на месте. Интуиция и то, что он увидел ночью в монокуляр, гнали его обратно к подножию Стены.

Спрятав запретную карту в тайник под половицами своего дома, парень взял охотничьи лыжи и направился к нижним ярусам Цитадели под предлогом сбора хвороста у скал.

Стена вблизи гудела. Этот низкий, едва различимый гул рождался от дикого ветра, путавшегося в ее каменных уступах. Эрик затаился в расщелине между ледяным торосом и черной скалой, прямо напротив массивных железных ворот нижнего шлюза. Отсюда отлично просматривалась погрузочная платформа, куда спускались клети-подъемники Стражей.

Вдруг тяжелые цепи над головой заскрежетали. Вниз, раскачиваясь на ветру, медленно пошла большая грузовая платформа. На ней стояли четверо воинов «Железного Заслона». Двое из них крепко держали за руки третьего, лишенного шлема и оружия.

Эрик прижался к ледяной скале, затаив дыхание.

Платформа с тяжелым грохотом ударилась о деревянный настил. Конвоиры грубо толкнули пленника вперед, отчего тот упал на колени, прямо в грязное месиво из снега и пролитого китового жира. Это был молодой парень, немногим старше самого Эрика. У него были резкие, упрямые черты лица, коротко остриженные светлые волосы и разбитая губа, с которой на снег капала темная кровь. На нем была серая туника поддоспешника, а его броня, судя по всему, осталась наверху.

Вслед за ними с платформы неторопливо сошел Командор Бран. Его тяжелый плащ из шкуры полярного медведя волочился по обледенелым доскам. Он остановился над пленником, заложив руки за спину.

— Ты подвел орден, Кайл, — глухо произнес Бран. Его голос, даже негромкий, обладал пугающим весом. — Ты усомнился в Законе.

Молодой воин, которого назвали Кайлом, сплюнул кровь и с трудом поднял голову, глядя Бранну прямо в глаза. В его взгляде не было страха — только глухая, отчаянная злость.

— Закон — это ложь, Командор, — хрипло ответил Кайл. — Мы охраняем не людей от чудовищ. Мы охраняем эту чертову стену от тех, кто хочет просто жить. Охотники, которых вы убили вчера... они не были монстрами. Они были голодными детьми, искавшими тепло! Я больше не буду поднимать меч на безоружных.

Один из конвоиров с размаху ударил Кайла почкам обухом топора. Парень глухо застонал, согнувшись пополам, но не издал ни крика.

Бран даже не моргнул. Его лицо оставалось маской из бледного камня.

— Мир за Стеной мертв, Кайл. Мы держим ворота закрытыми, чтобы этот холод не сожрал остатки нашего разума. Свобода, о которой ты грезишь, — это болезнь. И как предводитель Заслона, я обязан выжечь эту заразу до того, как она перекинется на остальных.

Командор повернулся к стражникам:

— В карцер его. На нижний уровень, к водостокам. Пусть посидит неделю в ледяной воде без огня. Если к моменту следующей смены караула его рассудок вернется — он примет присягу заново. Если нет... Стена примет его тело.

Конвоиры рывком подняли Кайла и поволокли его к тяжелой кованой двери, ведущей в темные глубины подземелий Стены. Кайл волочил ноги, но продолжал смотреть на Бранна яростным, несломленным взглядом.

Бран постоял на платформе еще минуту, глядя на завывающую вдали метель, затем запрыгнул обратно на подъемник. Цепи снова взвыли, унося Командора на недосягаемую высоту.

Эрик сидел в своем укрытии, чувствуя, как у него отнимаются пальцы на ногах, но внутри него все горело. Он только что увидел то, что полностью меняло его план.

«Нижний уровень, у водостоков», — повторил он про себя слова Бранна. Карцер находился прямо под заброшенным третьим шлюзом, о котором говорил Торвальд. Этот Страж, Кайл, знал Стену изнутри. Он знал пароли, графики и слепые зоны патрулей. И, что самое главное, он ненавидел эту Стену так же сильно, как и сам Эрик.

План побега, который раньше казался самоубийством, обрел безумный, но четкий контур. Эрику нужно было не просто прорваться через Стену. Ему нужно было сначала спуститься в ледяной ад карцера и вытащить оттуда предателя.