Около полуночи буран начал стихать, оставляя после себя глухую, зловещую тишину. Ветер больше не ревел, а лишь уныло посвистывал в щелях крыш. Огромные сугробы почти полностью похоронили под собой дома Ледяного загона. Поселение казалось вымершим кладбищем.

Эрик бесшумно выскользнул из своей лачуги через узкое окно — дверь намертво завалило снегом. Холод мгновенно ударил в лицо, заставляя кожу онеметь, но парень лишь плотнее натянул меховую маску. За спиной висел туго набитый мешок, на поясе покоились нож и топор, а в руках он держал легкие охотничьи лыжи.

Двигаться нужно было стремительно. Стражи Стены знали, что в такую погоду обычные люди не рискуют выходить на улицу, поэтому их бдительность на нижних подступах должна быть снижена. Главное — не попасться на глаза патрулям «Железного Заслона», которые могли проверять внешние периметры.

Эрик встал на лыжи и, мягко отталкиваясь палками, скользнул в сторону Стены. Его силуэт почти полностью сливался с белой пустыней. Этот путь он мысленно репетировал сотни раз, изучая каждую складку местности, каждый валун, способный послужить укрытием.

Чем ближе он подходил к монолиту, тем сильнее нарастало подсознательное давление. Черный камень Стены, облепленный вековым льдом, уходил высоко в темноту ночного неба. Факелы на верхних ярусах едва мерцали сквозь остаточную дымку.

Эрик сбросил лыжи у подножия огромного валуна в паре сотен метров от Цитадели. Дальше нужно было идти пешком, проваливаясь по колено в свежий, пушистый снег. Его целью был технический коллектор — место, где талая вода из внутренних помещений Стены выводилась наружу. Старик Торвальд когда-то упоминал, что во время сильных морозов эти стоки частично промерзают, но тяжелые решетки изнутри редко проверяются часовыми.

Пробираясь вдоль основания Стены, Эрик едва не наткнулся на свежие следы тяжелых сапог. Он замер, вжавшись в ледяную выемку монолита. Сердце бешено заколотилось. Мимо, всего в тридцати шагах, медленно прошел парный патруль Стражей. Их факелы лениво выхватывали из темноты куски обледенелого камня. Эрик затаил дыхание, молясь, чтобы пар от его выдоха не выдал укрытие.

Как только шаги воинов затихли, он бросился вперед. Вот оно.

В каменной кладке Стены зияло полукруглое отверстие водостока, забранное толстыми железными прутьями. Изнутри доносился слабый, гнилостный запах сырости и низкий гул падающей воды. Прутья решетки покрылись толстым слоем инея.

Эрик снял рукавицы, ощущая, как металл мгновенно начинает жечь пальцы от дикого холода. Он достал топор. Рубить железо было безумием — грохот услышали бы наверху. Но Торвальд не зря выбрал именно это место. Парень нащупал стык, где железное основание крепилось к камню. От постоянной сырости и циклов заморозки камень вокруг креплений раскрошился.

Эрик вогнал острие топора в щель между ржавым штырем и податливой горной породой. Навалившись всем телом, он потянул топорище на себя. Раздался тихий, натужный хруст. Каменная крошка посыпалась на снег. Эрик повторил усилие. Нижний правый угол решетки поддался и с глухим металлическим вздохом отошел на пару ладоней от стены.

Этого пространства было ничтожно мало для взрослого мужчины, но Эрик был сух и поджар. Он сбросил походный мешок, протолкнул его внутрь коллектора, а затем, выдохнув весь воздух из легких, протиснулся в узкую, ледяную щель. Острый край железа больно полоснул по бедру сквозь плотные штаны, но парень сдержал стон.

Еще одно усилие — и он по пояс оказался в черной, зловонной утробе Стены. Вокруг царила кромешная тьма, а под ногами хлюпала ледяная, наполовину замерзшая жижа. Эрик подтянул ноги, повернулся и осторожно вернул решетку на место, заметая следы своего присутствия изнутри.

Назад пути не было. План «Призрак» сработал: он проник на нижний уровень Цитадели незамеченным. Теперь ему предстояло сориентироваться в лабиринте темных коридоров и найти ледяной карцер, где держали Кайла.