Рейн чертыхнулся сквозь зубы. Рубашка из мета-шелка была расстегнута, обнажая багровую, сочащуюся сукровицей полосу под левой ключицей. Натягивать тугой китель обратно на воспаленный шов — безумие, но и показываться в таком виде Айрис нельзя.

— Одну минуту, мисс Вейл, — сипло крикнул он, стараясь максимально приглушить свой пиратский бас до хриплого шепота.

Он быстро схватил с вешалки тяжелый махровый халат, любезно предоставленный дворцовой прислугой, и запахнулся, скрывая шрамы и свежую рану. Сунув руку в карман халата, Рейн нащупал рукоять своего старого верного «Иерихона». Оружие придавало уверенности. Только после этого он нажал кнопку разблокировки двери.

Айрис вошла плавной, уверенной походкой. В руках она держала толстую папку из прессованного углеволокна — физическую копию контракта. На пограничных планетах важные документы до сих пор дублировали на бумаге и пластике, чтобы избежать хакерских атак Торговой Компании.

Она замерла, окинув Рейна быстрым взглядом. Пират стоял посреди роскошного номера в халате, взъерошенный, с каплями пота на лбу.

— Простите за поздний визит, Магистр, — Айрис сделала вид, что ее ничуть не смущает его домашний вид, но ее ноздри едва заметно дрогнули. Она уловила тонкий запах антисептика, нано-геля и… жженой кожи. — Губернатор настаивает, чтобы вы ознакомились с финальными правками к плану «Орион» до завтрашнего утреннего заседания Совета.

— Оставьте на столе, — прохрипел Рейн, указывая подбородком на стеклянный терминал. Он намеренно держался в тени, продолжая разыгрывать сильную боль в горле после мнимого ожога. — Я посмотрю.

Айрис не двинулась с места. Она подошла к столу, положила папку, но вместо того, чтобы уйти, повернулась к нему лицом. Ее зеленые глаза в полумраке комнаты казались неестественно яркими.

— Магистр Вэнс, я только что встретила в коридоре дежурного офицера связи, — тихо сказала она, скрестив руки на груди. — Он утверждает, что пять минут назад ваш терминал зафиксировал прямой квантовый мост с Центавром. Инициатор — высший куратор Лидия.

Рейн внутренне подобрался, его пальцы в кармане халата плотнее сжали рукоять бластера.

— И что с того? — прошелестел он. — Корпоративные дела.

— То, что офицер связи очень удивился, — Айрис сделала шаг вперед, и в ее голосе прорезались холодные, стальные нотки. — Квантовый мост требует колоссальной энергии. Обычно перед таким сеансом эмиссары запрашивают выделенный сервер у колонии, чтобы связь не оборвалась. Но вы провели его тайно. За закрытыми дверями. С выключенными внешними камерами дворца.

Она остановилась всего в паре шагов от него. Рейн чувствовал тонкий шлейф ее духов, смешанный со свежим запахом дождя, который она принесла с улицы.

— Вы чего-то боитесь, Магистр Вэнс? — в упор спросила она. — Или вы просто не хотите, чтобы мы знали, какие именно приказы отдает вам Центавр? Например… приказы о полной конфискации наших шахт за долги?

Рейн понял, что девчонка пытается поймать его на политической паранойе. Она думала, что он — хитрый корпоративный волк, плетущий заговор против ее родины. И это было его спасением. Пусть лучше считает его безжалостным колонизатором, чем фальшивкой из пиратского рейдера.

Он сделал резкий шаг навстречу, заставив Айрис отступить на полшага назад, и перехватил ее за запястье. Его хватка была железной, жесткой, абсолютно не дипломатичной.

— Слушай меня внимательно, девочка, — прорычал он прямо ей в лицо, забыв про симуляцию немоты. Его настоящий, глубокий и пугающий голос заполнил пространство спальни. — «Орион» не отчитывается перед колониями. Если мне нужно запереть дверь, чтобы поговорить со своим руководством — я ее запру. Если мне нужно будет забрать ваши шахты — я заберу их вместе с этим дворцом и вашим трусливым Губернатором. А теперь — пошла вон из моей каюты.

Айрис ошарашенно посмотрела на его руку, сжимающую ее запястье. На ее коже уже проступали красные следы от его мозолистых пальцев. Она подняла на него взгляд, в котором страх странным образом смешался с каким-то триумфальным озарением.

— Вы забылись, Магистр, — прошептала она, но даже не попыталась вырваться. — Вы только что говорили своим настоящим голосом. И в нем нет ни капли кашля или ожога.

Рейн замер, осознав, что в порыве злости совершил самую глупую ошибку в своей жизни.

Она поймала его.