После выматывающей практики и бесконечных нотаций Лины, которая всю дорогу до общежития сокрушалась над его «двойкой», Рэй наконец-то смог ускользнуть. На кампус опустились сумерки, и аристократы разбрелись по своим роскошным гостиным. Это было идеальное время для побега.

Рэй быстрыми шагами направился на задний двор. Тяжелая дверь заброшенной оранжереи скрипнула, впуская его внутрь. За прошедшие дни цветы, напитавшиеся его первородной маной во время памятной встречи с Селестией, разрослись еще пышнее. Дикие лозы образовали под стеклянным куполом уютный зеленый шатер, надежно скрывающий парня от любых случайных взглядов.

— Наконец-то, — выдохнул Рэй, сбрасывая маску деревенского простака. Его взгляд мгновенно стал сосредоточенным и глубоким.

Он устроился на краю старого каменного фонтана. Рэй пришел сюда не просто отдыхать. Ему нужно было решить одну проблему: его друг Том был одержим созданием артефактов, но из-за слабого дара его поделки постоянно взрывались. Рэй решил тайно помочь своему соседу, создав для него идеальное «сердце» для артефактов — такое, которое никогда не сдетонирует и компенсирует нехватку маны. Но так, чтобы Том подумал, будто это его собственная гениальная находка.

Рэй достал из кармана обычную медную пластину — одну из тех, что Том в спешке бросил на их общем столе.

Парень закрыл глаза. Без заумных слов, без дурацких палочек Кромвеля, он просто направил мысленный приказ своей мане. На кончиках его пальцев заплясали тончайшие, как лазерные лучи, нити чистой платиновой энергии. Рэй коснулся меди. С тихим, едва слышным шипением его сила начала въедаться в металл, выжигая на нем сложнейшую, многослойную руническую матрицу.

Здесь были заложены стабилизаторы, накопители и скрытые контуры поглощения излишков энергии. Для обычного магистра магии создание такой матрицы заняло бы месяц тяжелейшего труда. Рэй закончил за три минуты. Медная пластина мягко вспыхнула фиолетовым светом и затихла, внешне став абсолютно неотличимой от обычной дешевой железки.

— Ну вот, теперь эта штука выдержит даже ядерный взрыв, — тихо усмехнулся Рэй, вертя пластину в пальцах.

Вдруг лозы над его головой тревожно зашуршали. Рэй мгновенно спрятал пластину в карман, а его плечи привычно ссутулились. На лицо вернулась сонная мина.

Из густых зарослей светящегося папоротника послышалось тихое, утробное рычание, а затем — жалобный писк.

Рэй удивленно моргнул и раздвинул руками колючие ветки. На небольшой полянке, зажатая массивным обломком рухнувшей стеклянной рамы, лежала… грозовая куница. Это было редкое магическое существо, похожее на крупного хорька с мехом глубокого синего цвета, по которому периодически пробегали крошечные электрические искорки. Существо явно забрело сюда из дикого леса за барьером, угодило в ловушку и теперь истекало кровью — острый край рамы глубоко рассек его лапу.

Куница уставилась на Рэя испуганными глазами-бусинками и попыталась зашипеть, но от слабости лишь ткнулась носом в мох.

— Ну надо же, какой гость, — мягко сказал Рэй, присаживаясь на корточки.

Он понимал, что если зверя найдут профессора, его либо пустят на ингредиенты для зелий, либо отдадут факультету Элиты в качестве живой игрушки.

— Тихо, маленький, я не обижу, — Рэй протянул руку.

Куница попыталась ударить его током, но Рэй одним мысленным щелчком поглотил разряд, даже не поморщившись. Он аккуратно приподнял тяжелую раму одной рукой, будто та ничего не весила, и прижал ладонь к раненой лапке зверька.

Каналы внутри его тела открылись на крошечную долю процента. Рэй применил первородную магию исцеления — без громоздких световых эффектов, которые обычно сопровождали заклинания лекарей. Чистая энергия жизни мягко впиталась в тело куницы. Буквально за пару секунд рваная рана затянулась, шерсть снова стала гладкой, а искорки на теле зверя вспыхнули с новой, здоровой силой.

Куница удивленно вскочила, отбежала на пару шагов, а затем обернулась. Животные чувствовали истинную суть магии гораздо лучше людей. Зверек посмотрел на Рэя с почти человеческим благоговением, преданно пискнул и, лихо взбежав по его штанине, устроился прямо на плече парня, уткнувшись носом в его шею.

— Эй, эй, полегче, я вообще-то пытаюсь не привлекать внимания, — проворчал Рэй, но все же аккуратно почесал куницу за ухом. — Ладно, будешь моим секретным напарником. Назовем тебя Спарк. Только уговор: при старосте и вице-президенте притворяешься обычным домашним хорьком, понял?

Спарк согласно чихнул, выпустив маленькую безобидную искру. Рэй улыбнулся. Заброшенная оранжерея определенно становилась его любимым местом в этой безумной академии.