— Это что... это для чего?! — старик Му стоял посреди плавильни, тыча дрожащим пальцем в гору сухого

Сорняка Спящей Луны и мешки с серой «кладбищенской пылью». — Сяо Ли! Я доверил тебе последние медяки аптеки! Я думал, твой хрустальный прибор — знак гениальности, а ты... ты притащил в мой дом отходы из выгребной ямы Башни Алхимиков?!

— Учитель, не кричите, вы портите кислородный баланс в помещении, — хладнокровно отозвался Сяо Ли, раскладывая на чистом столе свои новенькие, вчера выдутые стеклянные пробирки и круглодонную реторту.

Мэйлинь забилась в угол плавильни, зажмурившись в ожидании неминуемой бури. Но Сяо Ли действовал с точностью робота.

— Мэйлинь, ступку, — скомандовал он. — Разотри сухой сорняк в максимально мелкую фракцию. Нам нужно увеличить площадь соприкосновения твердой фазы с жидким растворителем. Чем тоньше помол, тем быстрее пойдет диффузия.

Девушка испуганно взглянула на задыхающегося от ярости старика Му, но под суровым, абсолютно взрослым взглядом Сяо Ли не решилась отказать. Хлопнув юбками, она принялась яростно орудовать тяжелым пестиком. Сухая трава превращалась в однородную буро-фиолетовую пудру.

Тем временем Сяо Ли достал глиняный кувшин. Внутри плескался прозрачный, как слеза, очищенный на его бамбуковом дистилляторе девяностошестипроцентный этанол. Запах чистого спирта мгновенно перебил вековую гарь плавильни. Старик Му невольно сглотнул, его гнев на секунду уступил место профессиональному алхимическому любопытству.

— Что ты задумал, безумец? — уже тише спросил наставник, во все глаза глядя, как Сяо Ли засыпает измельченную траву прямо в стеклянную колбу и заливает её чистым спиртом. Жидкость тут же начала окрашиваться в глубокий, изумрудно-зеленый цвет с фиолетовым отливом.

— Холодную экстракцию, учитель, — пояснил Сяо Ли, аккуратно взбалтывая колбу круговыми движениями. — Ваш огонь — враг медицины. Большинство активных алкалоидов, которые вы называете «духовной эссенцией», разрушаются при термической обработке. Спирт же работает как идеальный растворитель. Он проникает сквозь разрушенные клеточные мембраны высушенной травы и буквально вытягивает из неё всю силу, оставляя мертвую целлюлозу нетронутой.

Он закрепил колбу на бамбуковой подставке.

— Теперь раствору нужно дать настояться, чтобы завершился процесс мацерации. А пока мы займемся «кладбищенской пылью».

Сяо Ли взял серый порошок — отходы Башни Алхимиков — и высыпал его в другую стеклянную емкость.

— Местные гении пережгли пилюли, превратив полезные соли кальция и аминокислоты в нерастворимый осадок. Но они забыли, или скорее никогда не знали, что растворимость веществ зависит от среды.

Он добавил в серый порошок немного дистиллированной воды и плеснул туда того самого рисового уксуса, которым спас себе жизнь в первый день. Раствор мгновенно зашипел, выделяя пузырьки углекислого газа. Серый шлак на глазах начал растворяться, превращаясь в мутную, но однородную жидкость.

— Уксусная кислота вступает в реакцию замещения, — комментировал Сяо Ли, пока старик Му медленно оседал на табурет, открыв рот. — Мы переводим нерастворимые оксиды в растворимые ацетаты. Сейчас мы пропустим это через плотный слой чистой ткани и древесного угля... и вуаля!

Он слил зашипевшую жидкость через самодельный фильтр в чистую пробирку. На дно закапала абсолютно прозрачная, слегка желтоватая сыворотка, очищенная от шлаков и тяжелых металлов.

Сяо Ли взял пробирку с очищенными солями и аккуратно перелил её в изумрудный спиртовой экстракт травы, который уже успел вобрать в себя все соки Сорняка Спящей Луны.

Произошло то, чего старик Му не видел ни в одном древнем свитке. Раствор в стеклянной колбе не взорвался, не задымил, но внезапно вспыхнул мягким, глубоким синеватым свечением. Энергия Ци, запертая в сухой траве и сожженных отходах, под воздействием правильной химической среды высвободилась и стабилизировалась, связавшись на молекулярном уровне.

— О Небеса... — прошептала Мэйлинь, выронив пестик. — Она светится. Сяо Ли, в этом растворе... концентрация энергии выше, чем в пилюлях Второго Ранга!

— Чистота раствора — около девяноста пяти процентов, — Сяо Ли поднял колбу к свету, любуясь идеальной прозрачностью без единой пылинки осадка. — Никакой гари. Никакого угля. Стопроцентная усвояемость организмом. Вместо твердого шарика мы получили жидкий эликсир.

Повернувшись к ошарашенному наставнику, Сяо Ли протянул ему маленькую стеклянную пробирку, наполненную светящейся жидкостью.

— Ну что, учитель Му? Всё еще хотите скормить мне корзину сорняков, или мы наконец начнем зарабатывать настоящие деньги?