Рассвет окрасил тяжелые тучи над Парящими Пиками в багрово-серые тона. Ледяной горный ветер завывал в ущельях, когда двери подземной тюрьмы со скрежетом распахнулись. Линь Фэна вывели под конвоем на Утёс Покаяния — плоскую, вырубленную в скале площадку, нависающую над бездонной Пропастью Очищения.

Сотни учеников уже заполнили края утёса, образовав плотное кольцо. В первых рядах, у самого помоста, стоял Гу Хань. Он смотрел на Линь Фэна с ленивым превосходством, предвкушая финал своей лжи. На высоком судейском кресле восседал великий старейшина Гу Сюань, его лицо было каменным и бесстрастным, словно маска самой справедливости.

Линь Фэн двигался медленно, волоча за собой тяжелые цепи из холодного железа. Кандалы по-прежнему блокировали его каналы ци, лишая тело магической защиты. Он выглядел бледным, истощенным и едва держащимся на ногах — идеальная маска умирающего смертника. Ни один из присутствующих мастеров стадии Зарождения Души не мог почуять, что глубоко под его правыми ребрами, в Гнезде Эха, затаилось и замерло в режиме ожидания второе, серо-зеленое сердце Болотного Стервятника.

Конвоиры грубо толкнули Линь Фэна на колени перед массивной каменной плахой, покрытой старыми бурыми пятнами. Тяжелая цепь потянула его голову вниз, заставляя обнажить грудь.

Вперед шагнул палач — исполинский практик в глухом черном капюшоне. В его руках покоился ритуальный тесак, предназначенный для усечения сердца. Лезвие оружия тускло блестело, а воздух вокруг него пошел рябью от концентрированной праведной ци. Этот удар должен был быть не просто физическим: влитая в тесак энергия была призвана полностью выжечь меридианы и духовное ядро в груди, чтобы гарантировать окончательную смерть.

Гу Сюань медленно поднялся со своего места. Его голос, усиленный ци, разнесся над Парящими Пиками:

— Линь Фэн. За предательство, трусость и кражу реликта орден приговаривает тебя к искоренению. Пусть твоя смерть станет уроком для каждого, кто посмеет осквернить имя Секты Небесного Клинка! Исполнить приговор!

Линь Фэн слегка приподнял голову, упираясь подбородком в холодный край плахи. Его взгляд, лишенный страха, на секунду скрестился со взглядом старейшины. На окровавленных губах парня появилась едва заметная, жуткая усмешка.

— Праведная секта... — тихо, но отчетливо произнес Линь Фэн, и его голос странным эхом отозвался в тишине. — Запомните этот день, старейшина Гу. Запомните каждое свое слово.

Гу Сюань лишь нахмурился и сделал резкий отмашку рукой.

Палач замахнулся. Ритуальный тесак со свистом рассек морозный воздух, устремляясь точно к левой стороне груди Линь Фэна.

ХРУСТ.

Широкое лезвие с легкостью пробило грудную клетку. Линь Фэн выгнулся дугой. Огромная волна карающей праведной ци хлынула внутрь раны, безжалостно разрывая его родное, человеческое сердце в кашу и до основания выжигая центральные меридианы левой половины тела. Боль была такой силы, что сознание парня мгновенно поглотила абсолютная тьма. Из его рта выплеснулся сгусток темной крови, окрасив каменную плаху.

Человеческое сердце Линь Фэна сделало последний, судорожный толчок и навсегда затихло. Его духовная аура полностью рассеялась. Палач опустил оружие и повернулся к трибунам, подтверждая исполнение:

— Преступник мертв. Духовное ядро уничтожено.

Гу Хань довольно оскалился, шумно выдыхая. Напряжение последних дней наконец покинуло его. Все свидетельства его позора были стерты вместе с жизнью этого выскочки.

Двое конвоиров бесстрастно подхватили обмякшее, безжизненное тело Линь Фэна под руки. С его груди ручьями текла кровь, заливая каменный помост. Они протащили его к самому краю Утёса Покаяния и без лишних церемоний сбросили вниз.

Окровавленное тело полетело в Пропасть Очищения, стремительно исчезая в густом сером тумане. Окружающие ученики начали медленно расходиться, обсуждая справедливую кару. Для всего ордена Линь Фэн превратился в историю, став очередным назиданием.

Они все зафиксировали его смерть. Но никто из них не знал, что как только тело пересекло границу подавляющих барьеров утёса, глубоко под его правыми ребрами, в мертвой и холодной плоти, внезапно раздался тяжелый, яростный удар чужого органа. ТУК.